Клуб исторического
фехтования
и кулачного боя

Щит
Сетка сварная оцинкованная для строительства дорог В наличии широкий сортамент сетки кладочной по низким ценам. Дорожная сетка применяется при укладке дорожного покрытия для фиксации полотна на грунте. Популярные типоразмеры для дорожной сетки кладочной - 50х50х4, 100х100, на которые мы предлагаем низкие цены.

Фестиваль в Чувашии

05.02.2016
Недавно в Чувашии состоялся турнир-фестиваль под названием «Тени наших предков».

Назад в прошлое: возрождение средневековых боев

02.02.2016
В Ставрополе на ристалище планируют провести настоящие бои рыцарей – под звон мечей и щитов.

Праздник для жителей Петрозаводска

29.01.2016
В начале следующего месяца в Карелии пройдет выставка фотографов, которая посвящается юбилею клуба под названием «Скель».

Второй турнир фехтовальщиков в Тюмени

27.01.2016
В начале текущего года в Тюмени прошел второй открытый чемпионат под названием «Герои нашего времени», куда съехались самые лучшие фехтовальщики.

Фехтование в Красноярске

25.01.2016
В Сибири недавно состоялись соревнования по прекрасному виду спорта – фехтованию. Событие проводилось в центре творчества, который называется «Пилот». Это был третий по счету исторический турнир под названием «НЕМА». На соревнования приехали фехтовальщики из Иркутска, Новосибирска, а также с Красноярска. «Империум Гладиум» - это организатор соревнования – клуб фехтовальщиков Красноярска.
Михаил Дмитриевич Каратеев

Книги → Русь и Орда Книга 1  → Глава 34

Но он не угадал. В те времена девушки на Руси пользовались гораздо большей свободой, чем два-три века спустя, и не жили затворницами. Причиной молчания княжны было скорее желание приглядеться к новому человеку, появление которого было столь неожиданно и необычно. И когда все встали из-за стола, а Василий, улучив удобный момент, приблизился к ней, – она, очевидно, поняв, что рискует показаться ему смешной или неблагодарной, а может быть, повинуясь иному, ей самой неясному чувству, – преодолела свое смущение и первой обратилась к нему:

– Не суди меня, боярин, за то, что до сего часу не поблагодарила тебя за спасение мое. Там, в лесу, с перепугу слова на ум не шли, а после ты был занят беседой с батюшкой. Прими же хоть теперь великую благодарность мою и верь, что услуги твоей я до смерти не забуду!

– Полно, Ольга Юрьевна, стоит ли о том говорить! Поелику сей случай не имел худых следствий, я сам за него благодарен судьбе: инако я бы тебя, может, никогда не увидел. Княжна опустила глаза, и щеки ее порозовели, что заставило Василия подосадовать на себя: ведь для нее он только заезжий боярин и его любезность могла показаться ей слишком смелой. Однако, бросив быстрый взгляд по сторонам и убедившись, что слов Василия никто, кроме нее, не слышал, Ольга Юрьевна лишь спросила после небольшой паузы:

– Почто же ты, проезжая под самым Муромом, да еще к нам не хотел в город заехать?

– Да ведь в город заехать – беспременно два-три дня потеряешь, а я тороплюсь. Потому и мыслил заночевать в Спасовом монастыре, а с зарею дальше двигаться.

– Куда же ты эдак торопишься?

– Еду я далеко на полночь, в самый конец Вятской земли, путь туда труден и долог. А надо успеть до больших холодов в обрат вернуться.

– Небось семья тебя дожидается?

– Нет у меня никого, княжна. Живу один, бобылем. Тонкие брови девушки чуть заметно шевельнулись. Казалось, ее удивил ответ Василия. Медленно, как бы думая в чем-то другом, она промолвила:

– Коли так, хоть не столь тяжко ты на меня посетуешь за то, что нечаянно причинила тебе задержку…

– Помилосердствуй, княжна! Чтобы послужить тебе, я не то что одного дня, – целой жизни не пожалел бы! И горюю лишь о том, что неотложное дело принудит меня завтра с тобою проститься и продолжать мой путь.

– Уже завтра? – вырвалось у княжны. – Стало быть, на город наш и не глянешь?

– Утром объеду его на коне, а там и в путь-дорогу. Чай, город не столь велик, чтобы за полдня его не обсмотреть?

– Город-то не велик и пока не вельми пригляден, но примечательное в нем есть, особливо новые стены и башни. Батюшка говорит, – таких еще не было на Руси. Ты человек ратный, ужели упустишь случай все это своими глазами зреть?

– Что делать, Ольга Юрьевна! До обеда все, что успею, обсмотрю, а уж остальное на возвратном пути, коли Бог даст.

Лицо княжны выразило явную досаду. Она слегка закусила губу, но, видя, что к ним направляется боярин Порошин, быстро подняла на Василия свои чарующие, темные как ночь глаза и промолвила, понижая голос:

– Ежели в давешних словах твоих, боярин, кроме простой учтивости, была хоть капля правды, не уезжай завтра из Мурома. Мне хотелось бы распытать тебя кое о чем.

– Коли так, остаюсь, княжна, доколе тебе буду надобен, – с поклоном ответил Василий, сам в глубине души удивляясь своей неожиданной уступчивости.

За завтраком Василия ждало разочарование: ни княгиня, ни княжна к столу не вышли в трапеза прошла в обществе князя и нескольких его приближенных. Юрий Ярославич сегодня держал себя проще, но все время наводил разговор на карачевские события, и Василию приходилось постоянно быть начеку, чтобы в чем-либо не проговориться. Поэтому он был весьма рад, когда завтрак окончился и князь, сославшись на дела, ушел, предварительно поручив гостя попечениям воеводы Порошина. Последний повел его осматривать княжескую усадьбу и конюшни, в которых оказалось немало превосходных лошадей. По выходе оттуда Порошина куда-то позвал дворецкий, и Василий, с чувством облегчения, остался наконец один.

До обеда он протомился, бродя по усадьбе, несколько раз обошел сад, посидел там на скамейке, с которой открывался широкий вид на Оку, наведывался и в хоромы, но княжны Ольги так и не встретил.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6