Клуб исторического
фехтования
и кулачного боя

Щит

Фестиваль в Чувашии

05.02.2016
Недавно в Чувашии состоялся турнир-фестиваль под названием «Тени наших предков».

Назад в прошлое: возрождение средневековых боев

02.02.2016
В Ставрополе на ристалище планируют провести настоящие бои рыцарей – под звон мечей и щитов.

Праздник для жителей Петрозаводска

29.01.2016
В начале следующего месяца в Карелии пройдет выставка фотографов, которая посвящается юбилею клуба под названием «Скель».

Второй турнир фехтовальщиков в Тюмени

27.01.2016
В начале текущего года в Тюмени прошел второй открытый чемпионат под названием «Герои нашего времени», куда съехались самые лучшие фехтовальщики.

Фехтование в Красноярске

25.01.2016
В Сибири недавно состоялись соревнования по прекрасному виду спорта – фехтованию. Событие проводилось в центре творчества, который называется «Пилот». Это был третий по счету исторический турнир под названием «НЕМА». На соревнования приехали фехтовальщики из Иркутска, Новосибирска, а также с Красноярска. «Империум Гладиум» - это организатор соревнования – клуб фехтовальщиков Красноярска.
Михаил Дмитриевич Каратеев

Книги → Русь и Орда Книга 1  → Глава 45

Для летнего стойбища выбрали место на берегу одного из бесчисленных озер, рассыпанных по этому привольному краю, и расположились примерно в прежнем порядке. Только лишь Хисар-мурза, пользуясь тем, что князь Василий не торопился занять свое место, поспешил поставить свой шатер как можно ближе к ханскому. Увидав это, Василий усмехнулся, но спорить не стал и устроился чуть в стороне от всех, возле самого озера, под сенью нескольких больших деревьев.

До сего времени Хисар-мурза ничем не проявил своей враждебности к Василию. Вначале последний не раз ловил на себе его злобные взгляды, но потом монгол, казалось, просто перестал его замечать, и Василий платил ему тем же. Возможно, что это состояние холодного мира перешло бы постепенно в отношения внешне нормальные, если бы никем не предвиденный случай не разжег приутихшую ненависть Хисара с новой и гораздо большей силой. Но об этом дальше.

Жизнь на новом месте потекла по прежнему укладу, изменилась лишь внешняя обстановка да больше времени стали уделять воинским упражнениям, скачкам и выездке молодых лошадей.

Изредка мимо проходили караваны, принося с собою всевозможные слухи и отголоски больших и малых событии, случившихся в дальних землях. Василий жадно прислушивался к этим известиям, но ничего интересного для себя не узнавал. По-видимому, на Руси все было спокойно и никаких серьезных сдвигов ни там, ни в Золотой Орде не произошло.

Для хана Мубарека обстановка складывалась удачней. Гонцы, прибывшие с южных окраин его земли, привезли хорошие вести: в Сыгнаке положение Тинибска было непрочно, улусные ханы и князья роптали и оказывали ему открытое неповиновение. В Золотой Орде, несмотря на внешние спокойствие, тоже было неблагополучно: хан Узбек болел, – в ожидании его близкого конца многочисленные сыновья и родичи подкапывались один под другого, вербовали себе приверженцев среди влиятельной знати и, вовлекая в свои распри темников, тем самым подрывали единство и мощь Орды.

В Мавераннахре было еще хуже: там шла напряженная борьба местных эмиров против чагатайского хана, который бессилен привести их к повиновению. Сейид Худавенд-Заде правил в Термезе как независимый государь, – купцы показывали Мубареку монету его чеканки. Эмир Казаган, объединив многие племена кочевых тюрков, создал из них сильное войско и открыто призывал других эмиров помочь ему раз и навсегда сбросить власть чингисидов. Все это ясно указывало, что в случае столкновения между Золотой и Белой Ордой Мавераннахр Узбека оддержать не сможет.

Взвесив все полученные известия, Мубарек-ходжа пришел к заключению, что настал удобный момент для попытки возвратить свои южные владения и выгнать из Сыгнака золотоордынского ставленника. Успех этой попытки теперь зависел главным образом от того, сумеет ли он сговориться со родичами и удельными ханами, которые прежде были недовольны и не поддержали его при первом столкновении Узбеком. Сейчас, судя по слухам, настроения их изменились, ибо от Золотой Орды они терпят гораздо большие утеснения и обиды.

Мубарек по опыту знал, что сноситься с каждым из них отдельности и долго, и бессмысленно: все они будут давать уклончивые ответы, хитрить и выжидать – что скажут другие. Надо было созвать курултай, то есть собрать их вместе, выслушать их мнения, а главное – определить слабые места и чаянья каждого, чтобы знать наверняка, чью поддержку в чем можно купить.

Придя к такому решению, Мубарек-ходжа принялся действовать: в улусы полетели гонцы, призывая всех его родичей, имевших какой-либо вес, «во имя великого Аллаха и для общего блага», этим же летом съехаться на курултай, в его ставку.

Собрать курултай было нелегким и нескорым делом. Большинству приглашенных надо было ехать издалека, причем Мубарек знал, что, прежде чем выехать, почти все будут еще сноситься со своими ближайшими родственниками и соседями. Затем, не спеша, начнут сниматься со своих стойбищ и вместе с семьями, рабами и частью воинов двигаться кочевым порядком через степь. Учитывая все это, хан считал, что едва ли все соберутся ранее середины августа. Он был приятно удивлен, когда уже в начале июля приехал его внучатый племянник Урус-хан. Его улус находился в верховьях реки Эмбы, ехать ему надо было около тысячи верст, но Урус, прихватив с собою лишь два десятка нукеров, двигался налегке и первым прибыл на место сбора. Это был единственный из всех удельных ханов, в чьей поддержке Мубарек не сомневался: Урус ненавидел Узбека и был горячим сторонником войны с Золотой Ордой. Все знали, что со своим отцом, ханом Чимтаем, он имел по этому вопросу вечные разногласия, однажды едва не перешедшие в усобицу.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4